1.ТРЕНИНГИ ЦЕНТРА «РОЗА ЖИЗНИ»

66428718_detka

Как я вам уже рассказывала, в нашем Центре Возрождения духовной культуры «Роза Жизни» я провожу тренинги, направленные на раскрытие внутреннего потенциала человека, его творческой, созидательной  энергии – Внутренней Силы. Ведь человек творит в этом мире прекрасное именно благодаря своей Внутренней Силе Души.

И ведь очень важно не просто творить прекрасное, но и суметь преподнести его людям – воплотить в этом мире. Ведь очень часто творения рук человеческих так и остаются погребёнными среди прочего хлама, который стал непотребен. И быть может продвинуть своё творение, сделать его важным и нужным для сотен и тысяч людей, -   требует не меньшего  вложения Внутренней Силы, чем его созидание.

Почему у многих талантливых людей их таланты так и остаются не востребованы?

Я думаю, что здесь вступает в действие  внутренний сценарий.

Именно  жизненному сценарию и было посвящено наше предыдущее занятие.

 

ЖИЗНЕННЫЙ СЦЕНАРИЙ   

Из книги  Йен Стюарт, Вэнн Джойнс

«ЖИЗНЕННЫЙ СЦЕНАРИЙ —

как мы пишем историю своей жизни»

 

Известный психолог, основоположник Трансактного анализа, Эрик Берн первым предложил идею о том, что каждый человек имеет одну или несколько основных жизненных позиций или «жизненных сценариев». Эти сценарии диктуют нам наши поступки, и наше поведение в целом. Берн определил «сценарий», как «бессознательный жизненный план», который составляется еще в детстве и имеет в нашем представлении четкую структуру. Мы бессознательно действуем по плану, который для нас привычен, понятен и предсказуем, дает нам иллюзию «привычности», а значит контроля над ситуацией и безопасности. «Жизненные сценарии» — это наша подсознательная психологическая защита от всякого рода эмоциональных стрессов. 

Из этого следует, что даже воспитываясь в одних и тех же условиях, разные дети могут принять решения насчет совершенно разных планов жизни. В этой связи Берн приводит случай с двумя братьями, которым мать говорила, что оба они «кончат в психушке». Впоследствии один из них стал стационарным пациентом психиатрической лечебницы; другой стал психиатром.

Ребенок принимает решения по поводу сценария своей жизни без тщательного обдумывания, свойственного взрослым людям в случае принятия решений. Самые ранние решения обусловлены чувствами, а не мышлением, и принимаются ребенком до того, как он начинает говорить. Они обусловлены также иным подходом к проверке их на соответствие действительности, нежели тот, которым пользуются взрослые люди. 

 

Сценарий подкрепляется родителями

 Хотя родители не могут заставить ребенка принять те или иные решения касательно его сценария, они могут оказывать на эти решения значительное влияние. С первых же дней жизни ребенка родители адресуют ему какие-то послания, на основе которых он делает определенные умозаключения о самом себе, других людях и мире в целом. Эти сценарные послания могут быть вербальными и невербальными. Они образуют ту содержательную структуру, в ответ на которую ребенок принимает главные решения по поводу своего сценария.

 

Сценарий не сознается

 Когда мы вырастаем, воспоминания о раннем детстве приоткрываются нам лишь во снах и фантазиях. Не уделив достаточных усилий выявлению и анализу своего сценария, мы вероятнее всего так и не узнаем о решениях, принятых нами в раннем детстве, – несмотря на то, что мы, возможно, осуществляем их в своем поведении.

ПРОИСХОЖДЕНИЕ СЦЕНАРИЯ

 Зачем мы принимаем в младенчестве такие всеобъемлющие решения о самих себе, других людях и мире в целом? Чему они служат? Ответ заключается в двух ключевых особенностях формирования сценария. 

 (1) Сценарные решения представляют собой наилучшую для данного младенца стратегию выживания в мире, который зачастую кажется ему враждебным и даже угрожающим для жизни.

 (2) Сценарные решения принимаются на основе младенческих эмоций и младенческой проверки их на соответствие действительности.

 

Ответ на враждебность мира

 Младенец мал и физически беззащитен. Мир для него населен огромными великанами. Неожиданный звук может свидетельствовать о том, что его жизнь в опасности. Безо всяких слов или логических умозаключений младенец знает, что если Мама или Папа уйдут, он погибнет. Если они чересчур рассердятся на него, то могут его уничтожить. Кроме того, у младенца отсутствует взрослое понимание времени. Если он голоден или замерз, а Мама не приходит, то, возможно, она уже не придет никогда, а это означает смерть. Или это может означать нечто более страшное, чем смерть, – что ты навсегда-навсегда остался один.

 Возможно, когда ребенку исполняется два или три года, у него рождается брат или сестра. Он уже подрос, он умеет ходить и знает, что это рождение для него скорее всего не смертельно. Но Мамино внимание, похоже, без остатка занято новорожденным. Может быть, любви на всех не хватит? Не заберет ли всю ее младенец? Теперь появляется угроза лишиться Маминой любви.

На протяжении всех лет формирования сценария ребенок занимает подчиненное положение. Родители в его восприятии обладают абсолютной властью. Для младенца это власть над его жизнью и смертью.

В ответ на это ребенок решает, какие ему избрать стратегии, чтобы остаться в живых и как можно полнее удовлетворить свои нужды.

Малое дитя мыслит не так, как взрослый человек. Эмоции оно также испытывает иначе. Сценарные решения принимаются на основе специфически детского мышления и чувствования.

 Эмоциональный опыт младенца включает в себя чувства ярости, крайней зависимости, ужаса и экстаза. Свои ранние решения он принимает в ответ на возникновение этих чувств. Не удивительно, что его решения носят зачастую экстремальный характер. Предположим, ребенку приходится лечь в больницу на операцию. Это связано с неприятными переживаниями даже для взрослого. Но младенец может переживать это событие как ужасное бедствие. Наряду со страхом он испытывает глубочайшую печаль от того, что с ним нет и, возможно, никогда не будет Мамы. И его переполняет гнев, так как она допустила, чтобы это с ним случилось. Он может решить: «Эти люди хотят убить меня. Мама позволила этому случиться, значит она тоже хочет меня убить. Лучше я их всех сам поубиваю прежде, чем они до меня добрались».

 

По правилам детской логики, нужно идти от частного к общему. Допустим, к примеру, что мать не всегда откликается на требования ребенка. Скажем, иногда подходит к нему, когда он плачет, а иногда нет. Из этого ребенок заключает не просто, что «Мама – человек ненадежный». Он может решить, что «людям доверять нельзя» или, возможно, «женщинам доверять нельзя». Девочка четырех-пяти лет может злиться на Папу за то, что он перестал проявлять по отношению к ней то тепло и заботу, которыми одаривал ее, пока она была младенцем. Скорее всего, она решит не просто, что «я зла на папу», а что «я зла на мужчин».

 Ребенок может компенсировать свое чувство беспомощности, воображая, что он всемогущ или способен влиять на происходящее с помощью магии. Скажем, он чувствует, что Мама и Папа не ладят друг с другом. Он может решить, в особенности если он единственный ребенок в семье, что «в этом виноват я». Если родители дерутся между собой, он может решить, что в его задачу входит защищать одного родителя от другого.

Если ребенок чувствует, что родитель отвергает его, он может взять вину на себя, решив, что «со мной не все в порядке».

Маленькие дети с трудом отличают побуждения к действию от самих действий. Ребенок может чувствовать, что «убил бы этого сосунка, на которого все только и обращают внимание!» Для него это все равно, что сказать: «Я его убил». Далее он может заключить: «Я убийца, следовательно, я плохой и ужасный». Во взрослой жизни такой человек может испытывать смутное чувство вины за «преступление», которого он никогда не совершал. 

Автор Наталья Остапенко
Мастер Рейки, руководитель Центра "Роза Жизни
"
Запись на индивидуальные занятия и тренинги:   ekola@mail.ru.2012.net.ua
T

 

1.ТРЕНИНГИ ЦЕНТРА «РОЗА ЖИЗНИ»

 

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: